Якщо раньше считалось, что вера в теории заговора связана с недостатком знаний, то современное исследование доказывает, что существует множество сложных причин для этого. Как отмечает клинический психолог Шона Боуз, не все сторонники конспирологии простодушны или имеют проблемы с психикой, как их обычно изображают в массовой культуре. Многие из них склонны к этому из-за собственных мотивационных потребностей (например, в безопасности) или желания найти объяснение страданиям и нарушениям.
Потребность в ощущении безопасности способствует вере в теории заговора
Хотя все мы время от времени испытываем конспирологические мысли, некоторые из этих убеждений могут стать опасными. Проанализировав 170 исследований (в основном из Соединенных Штатов, Великобритании и Польши), госпожа Боуз и ее коллеги исследовали мотивацию убеждений людей.
Хотя существует множество влиятельных факторов, данные свидетельствуют о том, что людей, кажется, мотивирует потребность чувствовать себя в безопасности и понимать свое окружение. Также, если эти две потребности не удовлетворяются, на первый план выходит потребность чувствовать себя социально защищенным. Это плохая новость, поскольку мир вокруг нас становится все более опасным, а наше будущее – все более неопределенным.
Как объясняют исследователи, согласно их выводам, мотивация в целом является важной (если не самой важной) частью головоломки идей теории заговора. Они обнаружили, что социальные угрозы сильнее любых других, тесно связанные с доверием, играют значительную роль в формировании веры в конспирологию.
Давно установлено, что доверие играет ключевую роль в нашей вере в феномен, известный как культурное познание. Независимо от того, какое образование имеет человек, он с большей вероятностью поверит информации от людей, с которыми идентифицирует себя как часть своей культурной группы.
Нарциссизм повышает вероятность веры в теории заговора
Боуз и ее коллеги также обнаружили, что такие личностные черты, как низкая способность к аналитическому мышлению и повышенная тревожность, имеют значительное, но удивительно низкое соотношение с верой в конспирологию. Исследователи объясняют, что это может быть связано с недостаточно длительным временным промежутком или тем, как различные черты взаимодействуют друг с другом. Необходимы дополнительные исследования, чтобы разделить эти аспекты.
Однако, как сообщалось в предыдущих исследованиях, нарциссизм – как на индивидуальном, так и на коллективном уровне – увеличивает вероятность конспирологического мышления, как и потребность чувствовать себя уникальным. Люди, которые ощущали социальные угрозы, чаще верили в заговоры, основанные на событиях. Вера в абстрактные теории заговора более связана с индивидуальными чертами, такими как нарциссизм и паранойя.
По словам госпожи Боуз издания Sciencealert, эти выводы в значительной степени совпадают с недавней теорией, которая утверждает, что мотивы социальной идентичности могут вызывать вовлечение в содержание теории заговора. При этом люди, которые мотивированы желанием чувствовать себя уникальными, чаще верят в общие конспирологические теории о устройстве мира.
Роль безопасности также может объяснить, почему во время кризиса (в частности, во время пандемии) увеличивается количество конспирологических мыслей, когда люди сталкиваются с финансовыми трудностями и неопределенностью в здоровье. Понимание этих факторов имеет решающее значение для помощи людям избежать этих ловушек мышления и ограничить вред, который они могут причинить.
Фото: pixabay.com
