Не так давно на страницах портала мы упоминали кинематографический труд бывшего киевского режиссера Александра Шапиро «Путеводитель» – своего рода энциклопедию столицы нашего государства начала двадцать первого века. Отдельный эпизод там посвящен киевским ночным клубам – неотъемлемой части столичной культуры того времени: «Опий», «Ультра», «Утюги», «Ганеша», «Фридом» звучат в перечне героя ленты, и теперь это такая эсперанто – знаки отличия, по которым можно найти «своих» – тех, кто с той или иной степенью эмоций на них реагирует, вспоминая яркие моменты, проведенные внутри. Разных клубов в Киеве, начиная с 90-х, было точно под сотню, а то и больше, а вот тех, что оставили яркий след в душе – единицы. Сегодня первая серия цикла.
«Бинго»: казино, бильярд и трэш-метал (2000–2020)
В городе Ровно, где проходили безопасные и лучшие дни детства и юности автора, в те времена, когда он во всех официальных документах носил название Ровно, на улице, названной в честь первого в мире космонавта Гагарина, успешно функционировал популярный среди жителей микрорайона «Северный» кинотеатр «Аврора». Назван он был в честь популярного в советской мифологии крейсера, к которому непременно спешили добавлять слово «легендарный» (кстати, кинотеатр с таким названием был и на столичной Воскресенке, и, уверен, во многих украинских городах). Чего только не было потом на его месте, и даже обновленный двухзальный комфортабельный кинотеатр тоже был, но круговорот исторических причинно-следственных действий привел к тому, что теперь там такой уже привычный для отечественного глаза… супермаркет АТБ.
Еще когда-то это звучало, как приговор (при всей уважении к продуктовым супермаркетам), а сейчас кого удивишь очередным АТБ, которые теперь на каждом шагу? Старожилы и по-прежнему по привычке называют это место «Авророй», хотя новейшая реальность подкинула нам другую одноименную сеть дешевых магазинов с ценовой политикой «все от 4 гривен». Вот так замкнулось культурно-потребительское кольцо новых времен.
То же самое произошло и с популярной концертной площадкой на Святошино, которая двадцать лет функционировала по адресу: проспект Победы, 112. Сразу после маркетинговой «реинкарнации» шутники из всемирной сети взорвались мемами, самый остроумный из которых однозначно уже вошел в историю: «АТБ – единственный в мире супермаркет, где состоялся концерт группы Sepultura». На секундочку, один из самых уважаемых металлических коллективов в мире, к тому же из самой Бразилии.
Сознание выдает на гора отрывочные фрагменты-воспоминания, связанные с пребыванием в этих стенах: от концертов махровой российской попсы, типа певицы Валерии в начале 2000-х и эпохи расцвета золотого состава (того, что был дуэтом) группы Виа Гра, до тусовок техно-романтиков, фестивалей готической музыки, рэп-фестивалей, рок-батлов с настоящим жюри и безумных слэмов (это когда экзальтированная публика не жалея себя толкается у сцены, а иногда с нее прыгает головой вниз, рискуя здоровьем и жизнью) на концерте группы Ляпис Трубецкой.
Или вот еще картинка: 2003 год, май, почти ночь, мы с компанией панически ищем телевизионную плазму, где бы транслировали сигнал и картинку из Риги: там в эти минуты проходит конкурс «Евровидение», и от Украины выступает Александр Пономарев. Нам тогда это казалось очень важным, и мы искренне болели за страну. В итоге находим телевизор в каком-то зале между казино и бильярдом. Собственно, был период, когда бывший Дворец культуры киевского Авиационного завода, который был построен еще в 1970 году, прочно закрепился на трех фундаментальных китах: «Казино. Диско. Бильярд» – именно так, через «и», были написаны эти слова, которые украшали вывеску заведения при входе, и мы сохраняем здесь это написание для истории. Собственно, оно зафиксировано и на многочисленных фотографиях той эпохи.
Четвертым, негласным, или апрiori-китом, была музыка. И прежде всего это был один из самых удобных и качественных концертных площадок столицы, который мог вместить полторы тысячи зрителей. Не очень большой, как, например, Дворец Спорта, и немаленький, как большинство киевских камерных клубов, именно то, что необходимо для того, чтобы и зрители «отрывались» на полную, и музыканты имели возможность правильно настроить звук и чувствовать себя комфортно.
Лидер группы «Вагоновожатые» Антон Слепаков как-то пошутил, что мощная энергетика зала могла быть связана с тем, что авиаторы спроектировали здание с каким-то спецтурбинным эффектом. В стилистическом маневрировании и поиске форм (в том числе и форм заработка) намоленный авиаторами бывший дворец культуры менял публику и притягивал самые экзотические киевские субкультуры – называть его своей «меккой» полноправно могли как хип-хоперы, так и адепты тяжелой музыки, или же поклонники украбили – отечественной версии жанра рокабилли. Иногда казалось, что в личном кругу друзей и знакомых нет такого человека, который хотя бы раз не был в «Бинго» за двадцать лет его существования, и у которого не произошло бы какой-либо истории, связанной с этим местом.
В итоге в последнюю десятилетку стилистический флаг первенства уверенно перехватила «трэш-роковая» братия. Благодаря усилиям соучредителя лейбла «Другая музыка» Влада Ляшенко, который в этом году преждевременно ушел из жизни, и промоутерской компании «HMG» площадка «Бинго» зафиксировала огромное количество ярких выступлений украинских и зарубежных исполнителей. Что касается последних, то это просто какой-то гран-парад имен: кроме упомянутой Сепультуры – американские хорор-панки Misfits, немецкие короли трэш-метала Kreator, эпатажные американцы Bloodhound Gang (пили водку из бутылки прямо на сцене и неполиткорректно шутили), британские хардкорщики Enter Shikari, безумные лидеры направления грайндкор Napalm Death и многие другие звездные имена.
В ковидном 2020 году отечественная клубная и музыкальная индустрия серьезно пострадали. Не выдержал новой «карантинной политики» и этот площадка, осенью в его социальных сетях появилось объявление о том, что заведение закрывается, а новые владельцы меняют профиль деятельности. Что это за деятельность – вы уже знаете.
«Хлеб»: тайна железных дверей (2007-2013)
«Через год-два сюда переедет весь бизнес, и Подол станет киевским Сохо. Мы пришли не на год и не на два, мы пришли всерьез и надолго», – такие амбициозные, но не лишенные оснований заявления раздавал популярному молодежному изданию «Молоко» в 2007 году основатель и идейный вдохновитель со временем чуть ли не самого модного столичного места Виталий «Бард» Бардецкий. Подол действительно в итоге стал то ли новым Берлином, то ли местами – Амстердамом, а может, без всех этих заграничных налетов и заимствований, превратился в самобытное явление. Однако память о «Хлебе» как о едва ли не самой яркой странице киевской клубной культуры до сих пор жива.
В самом начале кто-то нарекал на обычные неприметные металлические двери при входе и едва заметную как для амбициозного заведения вывеску – ну какой там модный клуб, я вас умоляю. Кто-то парировал: побойтесь богов рейва, это же как в Берлине или Южном Лондоне, полный андеграунд – железные двери, подвал, минималистическая атмосфера, минимум света, мощный, но ненавязчивый саунд, а главное – все свои.
Собственно, все эти «свои» и сформировали аудиторию заведения: через некоторое время в вечернее время, особенно ближе к концу рабочей недели к желанному месту по тогдашнему адресу: Фрунзе, 12 тянулись огромные очереди пестрой и очень стильной молодежи. Посетителей «хлебчика» (на такой ласковый манер они его иногда называли) можно было легко углядеть, прогуливаясь вечерним Подолом, и узнать по яркому «прикиду» (даже в темноте), или же, как говорят «унюхать» по специфическому запаху, и это были не запахи свежего хлеба. Кстати, название заведения появилось не на пустом месте, а скорее – благодаря расположенному рядом легендарному Хлебозаводу № 2, который функционировал на улице Щекавицкой и выпускал знаменитый батон «Нива» и каноническую «кирпичик».
«В то время не было ни Фейсбука, ни Инстаграма, вообще социальные сети только начинали развиваться, – вспоминает бывший пиар-менеджер «Хлеба» Вадим Куликов, он же – диджей Badian Sauna System, – поэтому информация о вечеринках передавалась другим способом. Мы распространяли постеры с анонсами наших мероприятий в дружеских барах или магазинах одежды. Развешивали их просто на заборах: такое практикуется за границей, в частности в Берлине. Сейчас подобная практика тоже распространена – это довольно удобно: ты направляешься на работу или по делам и останавливаешься, чтобы зафиксировать информацию».
Впечатляют истории о том, как самые преданные завсегдатаи танцпола за полчаса до полуночи садились на Водоградном в последний трамвай № 14, ехали час двадцать минут до Подола, проводили ночь в клубе и потом в шесть-семь утра тем же трамваем ехали домой.
«Необходимо было еще что-то придумать, чтобы хорошо имиджево выглядеть, – продолжает Куликов, – и я придумал издавать собственную клубную газету, которая имела название «Зерно». Для себя мы определили, что она будет печататься не на модной крафтовой бумаге, а стилистически будет следовать «олдскульной» прессе, еще советского образца. Но такую дешевую полиграфию еще нужно было поискать, она на тот момент не везде была, но я нашел несколько типографий на Подоле. Тираж газеты был маленький, мы ее просто раскладывали в клубе, а также в дружеских местах».
Стилестически в «Хлебе» мирно сосуществовали поклонники нью-рейва и панк-рока, небольшие эклектичные отряды какой-то, как любят ныне говорить, «дичи» и интеллектуалы, которые ценили электронный жанр IDM.
«Среди тех, кто выступал, не было артистов первой величины, – завершает рассказ Вадим, – это были, скорее, имена, которые можно было привезти за небольшие деньги, которые, возможно, потом вообще исчезали из поля зрения, или же – наоборот, становились большими звездами, но которые всегда были в тренде. Ты мог прийти на вечеринку и быть уверенным, что будет интересно, хотя и не знать, кто это за артист».
«Бабуин»: не далеко ли до «Таллина»? (2001-2016)
Представьте себе картину: у вас есть ключи от дома ваших добрых знакомых, которые на некоторое время уехали из города – за границу или в другой город. У вас есть несколько дней, и в течение них весь дом полностью в вашем распоряжении: в холодильнике полно еды и напитков, в баре встречаются марки элитных вин, в гостиной огромная библиотека – стеллажи с книгами как доминирующая часть интерьера, виниловый проигрыватель и впечатляющая коллекция иногда раритетных пластинок (также есть немного компакт-дисков и кассет). И достаточно места и пространства, чтобы комфортно себя чувствовать. И танцевать.
Приблизительно в таких нотках его основатели описывали концепцию и идею, вероятно, самого интеллигентного заведения Киева начала этого столетия – кафе-читални «Бабуин». Это место одинаково можно было называть и кофейней, и рестораном (окружающий офисный народ слетался сюда на дневные бизнес-ланчи), и библиотекой (реально приходили посетители просто почитать новинки, а новинки здесь были всегда), и, конечно, клубом.
Концерты здесь были весьма душевные, домашние и уютные. Собственно, уют – вот ключевое слово, которое дает точную характеристику этого места. А к перечисленным выше статусам следует добавить еще и определение «салон». Собственно, его и употребляла в одном из интервью хозяйка заведения, которое открылось осенью 2001 года, Полина Логвинова. Прежде всего, это была бизнес-триада, которая тоже оставила немалый след в памяти и душах столичных гуляк «нулевых». Из всей этой бизнес-триады, которая включала в себя ресторан «Антресоль» на бульваре Шевченка (рядом с уже несуществующим памятником Ленину), собственно, самого «Бабуина» на Богдана Хмельницкого, 39 и дочерней филии – «Квартиры Бабуин» на Хорива рядом с Житним рынком, лучше всего «встрелил» именно клуб-читалня, который разместился на первом этаже первой 18-этажки в Киеве.
Кстати, о самом доме стоит сказать отдельно: кроме того, что в нем проживали представители отечественной художественной элиты (или, как говорили когда-то – «творческой интеллигенции») – музыковеды, режиссеры, народные артисты – в советские времена здесь размещалось не менее культовое кафе «Таллинн» (тогда еще писалось с одной «н»). Учитывая близость к железнодорожному вокзалу, это место очень любили иностранцы, и, соответственно, местная «фарца», которая неплохо там промышляла. Со слов старожилов рассказывалось даже о том, что среди таксистов право подвозить до «Таллина» или от него имели лишь отдельные «избранные».
По иронии судьбы в первые годы существования «Бабуина» в заведении было много конфликтов с жителями дома – вероятно, уже потомками музыковедов. Несмотря на то, что концерты заканчивались по расписанию, вечеринки продолжались до поздней ночи, а посиделки (домашняя атмосфера же) продолжались, иногда, до утра. Полина Логвинова рассказывала историю, как однажды компании людей стучали в заведение утром 1 января, после празднования Нового Года, требуя открыть, и им открывали и наливали. И вечеринки здесь продолжались нон-стоп.
Концерты, творческие вечера (в частности там презентовал одну из своих книг мэтр музыкальной журналистики Артемий Троицкий), потом – презентации книг. Очевидцы рассказывали о самом первом выступлении тогда еще малознакомой харьковской группы «5nizza», на которое пришло около двадцати человек, а собственная память автора зафиксировала, как вечерами на пианино в клубе играл тогда тоже еще малознакомый, но колоритный парень по имени Андрей Хлывнюк.
То ли жители «интеллигентского» дома победили, то ли что-то в бизнес-триаде нарушилось, но сначала, в 2007-м, закрылась «Квартира» на Подоле, а потом – и славнозвездное место на Хмельницкого. Через некоторое время произошла реинкарнация «второго Бабуина» на нынешней улице Петлюры, и более-менее успешно, с не менее душевными концертами, он просуществовал там еще несколько лет. Далее – пришел к тому знаменателю, с которого все начиналось: сначала стал просто сетью книжных магазинов, а потом интернет-книжной лавкой «Лавка Бабуин», которая успешно существует до сих пор.
Продолжение рассказа о местах нашей памяти читайте здесь.
Фото из открытых источников
