Певец, который трогал своим вокальным даром всех советских правителей, сделал поклонниками украинских песен даже тех, кто не понимал их слов. Пластинки первого исполнителя хитов 1960-х «Два кольори», «Черемшина», «Пісня про рушник» и других были когда-то почти в каждой домашней фонотеке, и для большой семьи союзных республик вчерашний крестьянин-буквинец со званием Народного артиста СССР стал олицетворением украинцев. А еще большей уважения, чем его талант, могла бы удостоиться непростая биография Дмитрия Гнатюка – счастливая и трагичная одновременно.
Искусство из амбара
На момент рождения Дмитрия Гнатюка 28 марта 1925 года его родное село Старосілля (сейчас – Мамаївці) в нынешнем Кицманском районе Черновицкой области подчинялось Румынскому королевству. Родители-селяне воспитывали шестерых детей. Глава семьи Михаил Дмитриевич потерял ногу на Первой мировой войне, поэтому Дмитрий помогал ему выполнять мужскую работу, занимался хозяйством и пас на лугу стадо овец. Воспитанная с детства трудолюбивость пригодилась в жизни. Правда, когда в будущем Дмитрий Михайлович посещал родные места, односельчане не могли прийти в себя от удивления, чем же их бывший сосед занимается. Ответ «пою» воспринимался как шутка: все поют, а где он работает?
Так же мало знал о профессии артиста и сам Дмитрий, хотя с детства имел к ней склонность: участвовал в церковном хоре, где у отца Мирослава научился музыкальной грамоте, и создал в своей румынской школе кружок художественной самодеятельности. Даже самостоятельно ставил в селе «Сватання на Гончарівці». Не беда, что из-за отсутствия клуба играть ту дебютную постановку пришлось в амбаре: сено для скота временно вынесли на улицу, соорудили помост и украсили импровизированную сцену принесенными из домов коврами. Эта постановка даже была отмечена на районной олимпиаде художественной самодеятельности, и ее собирались показать в Киеве, однако планам помешала Вторая мировая война.
Драмгурток в Мамаївцях. 1940р. Дмитро Гнатюк згори другий зліва.
Беда не приходит одна
У Дмитрия было две сестры и три брата, одного из которых он в подростковом возрасте потерял. Это произошло в 1940 году, после присоединения Буковины к УССР и дальнейшего вторжения немцев. Старший брат Иван тогда учился в Морской школе в Констанце и приехал домой на каникулы. Однако в сложные времена никто не мог предсказать свою судьбу. В последний раз Дмитрий видел брата, когда провожал его на вокзале в Румынию. На только что установленной границе парня развернули и направили в Черновцы в штаб, который должен был дать разрешение на выезд. Юноша, знавший несколько европейских языков, вызвал подозрение в шпионаже, был арестован НКВД и расстрелян после жестоких пыток на допросах (ему сломали позвоночник).
О том ужасном расстреле семье не сообщили (уже ближе к своей старости Дмитрий Гнатюк случайно встретил односельчанина, сотрудника музея, и попросил его найти в архиве сведения о судьбе брата). Но материнское сердце все чувствовало: по воспоминаниям Дмитрия Михайловича, Мария Ивановна, когда бывала в Черновцах, молилась, становясь на колени перед тюрьмой, где расстреляли ее ребенка. Да и Дмитрию Гнатюку пришлось впоследствии побывать на допросе в НКВД, куда его вызвали в студенчестве после того, как нашли в личных вещах книгу на румынском языке. О «приключениях» на Владимирской, 33 певец решился рассказать уже в «мемуарном возрасте»: с него тогда выбили обещание сообщать о врагах, которых встретит где-либо.
Голос, рожденный войной
Из поколения 1925 года рождения Дмитрий Гнатюк был одним из немногих, кого не убила и не покалечила война. В начале военных действий его отправили на учительские курсы, а затем юноша преподавал и с бригадой мастеров ремонтировал сельские школы. Когда он попросился на фронт, его направили под Польшу, где Дмитрий Михайлович чудом уцелел во время бомбардировки. Его жизнь спасли семеро мертвых бойцов, тела которых упали на Гнатюка и прикрыли его от снарядов. Два с половиной месяца контузенный юноша лечился в госпитале, а затем был эвакуирован из Украины на Урал. Вывозили людей ночью и не говорили – куда. Лишь когда увидели в приоткрытых дверях вагона название реки Волги, поняли, что их везут не на фронт, а в тыл.
Во время Второй мировой войны и повторной румынской оккупации Дмитрий Гнатюк жил в Нижней Салде Свердловской области. Уральский город давал стране сталь и электричество – то, что было необходимо военной промышленности. Именно туда, под Нижний Тагил, был вывезен во время войны Харьковский танковый завод. В эвакуации Дмитрий Гнатюк получил дополнительное среднее образование и с 1944 года работал металлургом. Днем варил сталь для фронта, а на выходных пел в хоре, который сам собрал из 500 человек, желающих выступать. Дмитрий Михайлович знал ноты и разбирался в партитуре, так что подбирал для исполнения произведения, с которыми коллектив даже приглашали на гастроли. Именно там, после юношеской мутации, пережитого потрясения и контузии, родился его бархатный баритон.
Где здесь консерватория?
После окончания войны Дмитрий Гнатюк вернулся в Черновцы и с 1945 года стал солистом областного музыкально-драматического театра. Работая по 14 часов над ролью Николая в постановке «Наталка-Полтавка», он показал режиссеру Василию Васильку, что имеет серьезные намерения стать настоящим артистом. Вскоре режиссер сообщил своему киевскому другу, оперному певцу и педагогу Ивану Паторжинскому, что отправляет к нему способного парня, которому нужно учиться. Летом Дмитрий приехал в Киев, но не нашел консерватории и вместо музыкальной альма-матер попал в театральный институт. Успешно сдал экзамены на режиссерский факультет и всех удивил, когда показал сильный голос по просьбе спеть.
«Так вам надо идти в консерваторию», – воскликнул впечатленный ректор Семен Ткаченко. Разобравшись в казусе, Семен Михайлович сам отвел одаренного абитуриента к Паторжинскому. Иван Сергеевич бережно относился к голосам своих студентов и строго запрещал будущим оперным певцам подрабатывать в хоре. Но в голодные послевоенные времена нуждающиеся студенты решали этот вопрос на собственный лад, и Дмитрий Гнатюк был рад выступить за тарелку супа на встречах с избирателями депутата от Киевской области Григория Веревки. «Григорий Гурович часто брал меня с собой на такие мероприятия, давая возможность спеть вместе несколько песен», – вспоминал Дмитрий Гнатюк. Именно этот украинский хоровой дирижер и композитор научил молодого певца производить достойное впечатление на публику даже в рваных штанах.
Кадр з фільму «Кров людська – не водиця» (1960)
Когда студент пожаловался, что стесняется выходить на сцену из-за латаной одежды, наставник посоветовал до конца выступления удерживать внимание зрителей на приветливом лице и отступать за кулисы, не поворачиваясь к залу спиной. «Я так и сделал, – вспоминал Гнатюк, – а на следующий день Веревка принес мне деньги на консерваторию и велел купить для выступлений костюм, белую рубашку и концертные туфли. Я от радости побежал в ближайший комиссионный магазин и попросил дать померить эффектный темно-зеленый костюм и красный галстук. Продавщица недоверчиво поинтересовалась, есть ли у голодранца такие деньги. Я показал несколько крупных купюр и вышел с обновкой!».
«Фигаро здесь, Фигаро там»
По окончании Киевской государственной консерватории Дмитрия Михайловича приняли в Киевский оперный театр, которому он был верен всю жизнь. Пятьдесят лет проработал в его стенах: был и солистом, и художественным руководителем, и директором, и главным режиссером. В жизни артиста хватало и выступлений за границей: такие контракты подписывал, что от чрезмерной нагрузки рисковал потерять голос. Например, в Австралии и Новой Зеландии как-то за два месяца отработал 57 сольных концертов в трех отделениях. Но когда тогдашнее гастрольное руководство не заплатило оговоренной суммы гонорара, подал на обидчиков в суд и впоследствии ограничил голосовую нагрузку шестью концертами в месяц.
Так что послушать украинскую оперную звезду всегда хотело больше людей, чем мог вместить зрительный зал. Талантливо исполненные партии Остапа в «Тарасе Бульбе» Николая Лысенко (его любимая), Николая в «Наталке-Полтавке», а также Мазепы, Евгения Онегина, Фигаро, Риголетто и многих других персонажей обеспечили метровой украинской оперной сцены всесоюзную популярность. Дмитрий Гнатюк также выступал в Италии, Германии, Австрии, Венгрии, Португалии, Китае, Канаде (туда еще перед войной поехала жить его сестра, вышедшая замуж за канадца украинского происхождения, она с братом при случае встречалась) и США. В нью-йоркском Карнеги-Холле зрители так отчаянно вызывали нашего певца «на бис», что их овации переросли в третий акт концерта, а потом еще поклонники ломали двери в гримерку в стремлении получить автограф.
Концертное искусство
Дмитрий Гнатюк перепел весь классический репертуар – украинский, русский, итальянский, французский (исполнял более 85 произведений национальной и мировой классики), записал более полутора десятков пластинок и 6 компакт-дисков. Песни Дмитрия Гнатюка – отдельная страница в его славной вокальной творчестве. Еще в 1960-х годах певец записал песню на музыку Александра Билаша и слова Дмитрия Павлычка «Два кольори» и лирическую исповедь на слова Андрея Малишка и музыку Платона Майбороды «Песню про рушник», которую после смерти матери (ее не стало именно в тот период) он не мог исполнять на концертах, потому что всегда вспоминал ее вышитую рубашку, с которой уехал из дома, пообещав скоро вернуться, и на припеве плакал…
В той же трогательной манере записана в 1963 году песня на слова Михаила Ткача и музыку Александра Билаша «Ясени» – Дмитрий Гнатюк, на тот момент уже три года как Народный артист СССР, также был ее первым исполнителем. За год до того, в 1962 году, была записана песня композитора Игоря Шамо на слова поэта Дмитрия Луценко «Как тебя не любить, Киеве мой!» – Дмитрий Гнатюк тоже считается первым исполнителем нынешнего официального гимна украинской столицы, хотя первым публичным выступлением с этим песенным шедевром был концерт коллеги Дмитрия Михайловича, тогдашнего солиста Киевского оперного театра Юрия Гуляева (запись не сохранилась). В песнях Дмитрий Гнатюк демонстрировал такой же широкий жанрово-стилевой диапазон, как и в опере.
https://www.youtube.com/watch?v=XcITOnIuoaU
Украинская школа
Безупречная техника вокала, дикции и актерской игры артиста высшего профессионального уровня дополняла возможности сильного голоса, гибкого в оттенках и ровного во всех регистрах. Певец имел две рабочие октавы, а в продвинутой вокальной технике mezzа voce (в полголоса) брал и «до» вверху, и «ля» внизу. Тихие регистры piano и pianissimo были его гордостью. За время своей карьеры Дмитрий Гнатюк записал 6 компакт-дисков и более 15 пластинок. А в 1975 году вокалист получил второе образование в Киевском институте театрального искусства по специальности режиссер. В историю театра он вошел как режиссер-новатор. Дебютом в новом амплуа стала опера Александра Бородина «Князь Игорь», где Дмитрий Михайлович сознательно нарушил классические каноны.
Исключив любую возможность сравнения его постановки с предыдущими и последующими, он усилил динамику спектакля заменой очередности частей произведения: вместо увертюры, пролога и оперы представил пролог, увертюру и оперу. В итоге время действия сократилось на полтора часа, и время доказало его правоту. Всего Дмитрий Гнатюк осуществил более двух десятков постановок. Он ставил спектакли не только в Киевской опере, но и в Донецком театре оперы и балета, оперной студии Киевской консерватории и Киевском детском музыкальном театре, где с 1985 года был режиссером. В оперной студии Дмитрий Михайлович всегда инициировал постановку спектаклей на украинском языке. С 1983 по 1990 годы доцент, а затем профессор Дмитрий Гнатюк заведовал кафедрой оперной подготовки Киевской консерватории.
Українські оперні співаки Лариса Руденко, Дмитро Гнатюк, Єлизавета Чавдар, Євгенія Мірошніченко.
Дети Дмитрия Гнатюка
Дмитрий Гнатюк до глубокой старости сохранил свой красивый баритон, который слышали даже представители североафриканского кочевого народа туареги (где наш артист только не выступал): в знак благодарности вождь африканского племени подарил гостю… собственного ребенка! Певец выкручивался тогда, как мог, чтобы и дипломатический протокол не нарушить, и чужим черноволосым малышом собственную жену не «наградить». Сказал, что заберет дорогой подарок позже, когда гастроли закончатся. А сам, конечно, стремглав сел на самолет и полетел домой. А потом кому-то ту историю в Киеве пересказал, и ему знакомые устроили розыгрыш. Шутники позвонили якобы из министерства культуры и приказали встречать «сына из Африки». Собственный сын Дмитрия Михайловича Андрей (стал, как и мама, филологом – преподает французский язык в университете) от той «новости», наверное, не был в восторге.
Дмитро Гнатюк з дружиною Галиною
А жена спокойно ответила, что «и второго сына воспитаем». Но на самом деле сюрприза не произошло, и детей Дмитрия Гнатюка на свете не прибавилось. Он всегда цитировал слова кого-то из оперных корифеев, что «любовь и пение выходят из одного места».
Супружеских измен Дмитрий Гнатюк не допускал. «Может, я и много потерял, но еще больше приобрел, – говорил певец в интервью, – ведь на меня никто и никогда не показывал пальцем». С верной спутницей Галиной Макаровной, которая много лет посвятила изучению истории языка и развития украинской грамматики и лексикологии, Дмитрий Гнатюк прожил 65 лет – как он сам говорил, «всю жизнь». Андрей говорил, что мама, доктор филологических наук, которая работала в Институте языкознания, максимально облегчала быт отца, создавая ему домашний уют и обеспечивая во всем комфорт.
Дмитро Гнатюк з сином
Тишина, «Кобзарь» и картины
«Мне повезло, что жена не тратила деньги на бриллианты, – говорил певец. – Так что я вкладывал все заработанное в картины». Дмитрий Гнатюк коллекционировал украинскую живопись конца XIX – начала XX века, имел дома произведения музейного значения (в частности, картины Васильковского и Пимоненко), которые часто спасал от уничтожения, реставрировал и возвращал из-за границы. А еще мастер собирал различные издания «Кобзаря», потому что очень любил поэзию Тараса Шевченко. Как он сам признавался, хобби вдохновляло его дальше жить. Так же необходимыми ему были: тишина в квартире (его музыкальный слух не выносил шума), уход за садом (родители ездили на дачу в 150 километрах от Киева в течение 20 лет) и совместные воспоминания, которыми они делились с женой, просматривая в последние годы жизни семейный архив.
Бюст Дмитра Гнатюка i дружини Галини на Байковому цвинтарi
Кстати, тот архив никто из дома не выбрасывал, заверил сын, когда в прессе поднялся шум, что на свалке возле театра найдены домашние фото и афиши Дмитрия Гнатюка. На самом деле, тогда рабочие, которые наводили порядок в квартире, вынесли с балкона ненужное, среди которого были непригодные фотографии, сделанные сыном во время обучения фотоделу. А ценными Андрей Дмитриевич считает прежде всего детские родительские подарки – его первые часы и набор инструментов. А когда уже говорить о раритетах, что остались от отца, то Андрей Гнатюк удивил журналистов, когда сообщил, что Дмитрий Михайлович, не желая никого обременять, заранее отлил себе памятник на могилу. Умер Герой Украины на 92-м году жизни 29 апреля 2016 года. Его жена не перенесла утраты и ушла из жизни следом – через 40 дней после похорон мужа. Верные супруги похоронены на Байковом кладбище в Киеве.
Фото из открытых источников
